Вопрос № 126:

«Сияние драгоценных тайн Лайя-йоги», т.1, кн.4

«Я молился о лучезарном теле, которое было бы вечно, противостояло бы действию ветра, земли, неба, огня, воды, солнца, луны, планет, смерти, болезни, смертоносного оружия, злодеяний или чего-либо еще. Он исполнил то, о чем я молился, и теперь у меня такое тело. Не думайте, что этот подарок – мелочь. О люди, ищите убежища в моем Отце – Властителе неописуемого великолепия, делающего даже материальное тело бессмертным!»

Рамалинга Свамигал, «Божественная песнь милости», песнь 6, глава 13, стих 59

В лайя-йоге, которая является не постепенным методом, а учением плода, основа, путь и плод не разделены. Можно сказать, что духовная практика не создает, а открывает естественное состояние, которое есть и всегда было высшим плодом духовной реализации. Цель духовной практики – возвращение в изначальное естественное состояние, путь духовной практики заключается в пребывании в естественном состоянии, а изначальной основой и фундаментом духовной практики также является естественное состояние, трансцендентная реальность.

Поэтому в лайя-йоге с самого начала путь и плод не отделены друг от друга. Наш процесс обретения созерцательного присутствия развивается, таким образом, пока мы не вернемся к исконному изначальному состоянию. Когда мы возвращаемся к естественному состоянию, мы обнаруживаем, что в нем спонтанно существует плод: реализация трех пробужденных тел.

В отличие от постепенных методов, которые целенаправленно движутся к заветной цели – плоду духовной реализации, на пути недеяния мы, скорее, возвращаемся назад к изначальному состоянию, нежели движемся вперед к некой будущей реализации. Мы открываем то, что есть и всегда нам было присуще, однако было упущено вследствие неведения.

Это означает, что в лайя-йоге мы не прибавляем чего-либо и не строим искусственно, не привносим изменений, не очищаем, не трансформируем, не вносим поправок. Иногда даже трудно узнать по каким-либо внешним признакам – практикует йогин или нет, является ли он вообще духовным практиком, если на нем нет особых отличительных знаков. Таков путь йогина-авадхуты.

Лайя-йога, в конечном счете, не зависит от внешних проявлений духовности – это скрытый путь, заключающийся только в поддержании внутреннего созерцания, поэтому лайя-йог может принимать различные облики, к примеру, монаха-авадхуты или быть подобным обычному человеку, совершенно неприметным и невыделяющимся, однако он пребывает в неописуемом недвойственном запредельном состоянии. Главным принципом является объединение созерцательного присутствия со всеми жизненными ситуациями.

Мы должны проявить созерцательное присутствие и воссоединить его с ситуациями обыденной жизни в относительном измерении. Высшим плодом реализации в лайя-йоге является способность к самоосвобождению высшей ступени, которая носит названия «самотрансценденция» и «самоузнавание» (прапатти и пратьябхиджня). На высшей ступени самоосвобождения йогин пребывает в полностью недвойственном состоянии, где деление на субъект и объект устраняется самосозерцанием, наше обусловленное видение, клетка привязанности к индивидуальному «я», распахивается, и мы обретаем полную свободу.

На этой ступени йогин свободно проявляет свою энергию и осознавание, «спонтанно танцуя в пространстве», преодолевая любые ограничения в своей личности. Йогин переживает единство с изначальным источником осознавания – великим трансцендентным Сознанием. Как только в поле его зрения появляется нечто относительное, он распознает его несуществование и мгновенно воссоединяет с естественным состоянием.

Восприятие энергии объекта и присутствие пустоты – все это воспринимается нераздельно. Такое состояние описывается как единый «вкус», когда воспринимается одновременно пустота субъекта и пустота объекта, и обнажается великий Источник – единое трансцендентное осознавание, находящееся за пределами двойственности. По мере углубления практики созерцания эмоции, страсти и мысли самоосвобождаются, неведение (авидья), основанное на субъект-объектных представлениях, постепенно устраняется, и наступает воссоединение субъекта и объекта.

Тогда у практикующего появляется мистические способности, однако йогин не добивается их специально, они являются вторичным результатом, и нет нужды их делать целью на пути созерцания. Плодом же реализации является достижение трех просветленных тел: шуддха-деха, пранава-деха и джняна-деха. Благодаря полной отдаче процессу созерцательного присутствия, йогин вступает на путь мистического тепла (шуддхи-ушанам). Мистическое тепло способно породиться в теле йогина высоких созерцательных способностей. Это означает, что созерцание достигло такой глубины, что оно начало смешиваться с энергией элементов в теле, и элемент огня, усиливаясь, начинает иссушать нечистую прану в каналах, слизь и флегму, находящиеся в теле и являющиеся причинами старения физического тела.

В йогической практике такое мистическое тепло обычно достигается пробуждением кундалини и выполнением асан хатха-йоги, мудр и пранаям кундалини-йоги. Однако на пути созерцательного присутствия этот процесс достигается самим созерцательным присутствием. Когда йогин вступает в процесс развития мистического тепла, его тело подвергается трансформации.

Трансформация описывается таким образом: сначала обычное смертное физическое тело превращается в совершенное тело (шуддха-деха) благодаря нахождению в непрерывном созерцательном присутствии и управлению ветрами и каналами. Когда йогин вступает в высший уровень самоосвобождения, происходит вторая трансформация: совершенное тело трансформируется в тело света (пранава-деха). На третьей ступени тело света трансформируется в тело мудрости (джняна-деха).

На четвертой ступени происходит окончательная реализация, когда йогин возвращается к изначальному бытию, достигая тела единства с абсолютной Реальностью (дева-деха). С точки зрения непостепенного подхода к практике три совершенных тела уже содержатся в нашем естественном состоянии, они ему спонтанно присущи, поэтому мы их не достигаем, а открываем как уже реализованные, хотя в относительном измерении это может быть видимо другими как достижение.