Читать полностью

Учение о девяти самоосвобождениях в лекциях Гуру раскрывается как важная практика стадии пестования, когда естественное состояние уже не просто распознаётся в медитации, а начинает сознательно интегрироваться во все проявления жизни. Речь идёт о том, чтобы не делить переживания на «подходящие для практики» и «неподходящие», а научиться применять исконное осознавание ко всем движениям тела, речи и ума. Именно поэтому говорится о девяти самоосвобождениях: три проявления тела, три проявления речи и три проявления ума, каждое из которых может быть мирным, нейтральным или гневным.

Смысл этого учения в том, что освобождение достигается не только через уединённую медитацию и не только через остановку мыслей. Напротив, Гуру объясняет, что практикующий должен научиться сохранять созерцательное присутствие внутри самой активности. Самоосвобождение — это не подавление проявлений и не борьба с ними, а такое пребывание в естественном состоянии, при котором любые возникающие движения не связывают сознание, а распознаются в своей пустотной, светоносной природе. Поэтому девять самоосвобождений — это, по сути, искусство полного соединения созерцания с жизнью.

В этом и заключается каркас всего учения. Практикующий учится не терять осознавания ни в спокойном состоянии, ни в обычной повседневной нейтральности, ни в напряжённых, сильных, гневных или бурных проявлениях. Пока естественное состояние удерживается только в тишине и уединении, практика остаётся частичной. Когда же оно сохраняется и в слове, и в движении, и в мышлении, тогда начинается подлинное пестование недвойственного переживания.

Методы самоосвобождения ума в лекциях Гуру описываются как работа прежде всего с мыслями. Ум обычно связывается не самими мыслями, а цеплянием за них, отождествлением с ними и следованием за их движением. В практике самоосвобождения ученик не должен грубо подавлять мысль, потому что это лишь создаёт внутреннее напряжение. Он должен увидеть её основу — то осознавание, из которого мысль возникает и в котором растворяется. Когда внимание переводится с содержания мысли на её источник, мысль теряет силу и самоосвобождается.

Такой подход касается не только «хороших» или спокойных мыслей, но и нейтральных, и гневных, и тревожных. Все они становятся материалом практики.

Гуру подчёркивает, что в учении о девяти самоосвобождениях важно не качество мысли как таковое, а способность оставаться в Основе. Поэтому даже негативные и бурные движения ума не обязательно являются препятствием, если практикующий умеет не выпадать из созерцания. Это не означает позволять уму распускаться; это означает узнавать свет осознавания раньше, чем мысль оформится в кармическую реакцию. Самоосвобождение ума ведёт к растворению тонкой двойственности и очищению поверхностного сознания.

Методы самоосвобождения речи в лекциях Гуру занимают особое место. Речь рассматривается не просто как социальный инструмент, а как проявление тонкой энергии и как мост между внутренним состоянием и внешним выражением. Самоосвобождение речи заключается в том, чтобы не терять присутствия ни в мантре, ни в обычном разговоре, ни даже в сильных речевых импульсах.

Практикующий должен созерцать не только произносимые слова, но сам источник звука, ту чистую основу, из которой возникает речь. Когда это делается правильно, речь перестаёт быть кармической и становится игрой энергии осознавания.

Из этого видно, что самоосвобождение речи — это не только нравственное удержание языка, хотя и оно важно, но прежде всего созерцательное узнавание источника звука. Когда речь освобождается, очищаются более тонкие пласты подсознания. Гуру связывает это с развязыванием узла в области вишуддха-чакры, с очищением сновидений и с освобождением тонких ментальных структур, связанных с речевым уровнем сознания.

Методы самоосвобождения тела относятся к ещё более грубому и потому более трудному уровню практики. Если мысль тонка, а речь уже плотнее, то телесное действие ещё теснее связано с кармой, привычками и энергией. Поэтому Гуру объясняет, что самоосвобождение тела требует более зрелого присутствия.

Смысл его не в том, чтобы позволять телу делать всё что угодно и потом оправдывать это «лилой», а в том, чтобы даже в действиях тела сохранять внутреннего свидетеля, не терять созерцания и не впадать в отождествление с движением энергии.

Тело также имеет три основных режима проявления: мирный, нейтральный и гневный. Самоосвобождение тела означает, что практикующий учится распознавать все действия не как проявление эгоического делателя, а как движение энергии в пространстве осознавания. Это постепенно освобождает грубые кармические слои, связанные с нижними центрами, и делает возможной более глубокую интеграцию естественного состояния в жизнь.

Гуру связывает это с преобразованием грубых энергий тела и с очищением самых глубоких уровней двойственного переживания.

Очень важна при этом одна оговорка: учение о девяти самоосвобождениях нельзя понимать как разрешение на нечистые действия. Гуру специально предостерегает от вульгарного понимания лилы и самоосвобождения.

Если практикующий ещё не устойчив в ясном свете осознавания, то попытка оправдать гнев, грубость или распущенность «высокой практикой» будет не освобождением, а самообманом. Поэтому методы самоосвобождения требуют зрелости, непрерывного созерцания, бдительности и чистого видения.

Это путь для того, кто учится всё глубже соединять недвойственное воззрение с поведением, а не для того, кто ищет оправдание своим васанам.

С практической точки зрения можно сказать так:

Все три метода вместе образуют единую систему. Нельзя по-настоящему завершить путь, если созерцание удерживается только в уме, но теряется в словах и действиях. Поэтому девять самоосвобождений — это не отдельная техника, а целостная дисциплина интеграции.

Гуру также указывает на плод этой практики: когда самоосвобождаются тело, речь и ум, очищаются поверхностное сознание, подсознание и более глубокие слои внутренней природы. Тогда открывается основа для проявления трёх чистых тел — мудрости, энергии и проявления.

Иначе говоря, речь идёт не просто о психологическом спокойствии, а о радикальной трансформации всего существа практикующего.

Можно выразить итог учения так: девять самоосвобождений — это искусство не выпадать из естественного состояния ни при каких проявлениях тела, речи и ума. Практикующий не убегает от жизни, а превращает саму жизнь в поле созерцания. Мирные, нейтральные и даже сильные проявления становятся не препятствием, а материалом пути, если они распознаются в свете исконного осознавания.